Алексей Чадаев: Советские ацтеки

.

Алексей Чадаев: Советские ацтеки

Проблема известная и даже, до некоторой степени, затертая в обсуждениях. Диплом о в/о сегодня скорее выполняет роль еще одного дополнительного аттестата зрелости, чем квалификационного свидетельства как такового. Рынок образования и рынок труда — две едва пересекающиеся вселенные: достаточно взять в руки справочник «Вузы Москвы» и газету «Работа для вас» и сравнить списки предлагаемых специальностей тут и вакансий там.

Еще более запутанной ситуация становится, если посмотреть на нее в перспективе. Путин в ходе предвыборной кампании обещал создать в ближайшие годы едва ли не 25 миллионов новых рабочих мест в «новой экономике» — понимаемой, судя по контексту и по принимаемым решениям, скорее как обрабатывающая промышленность, чем как «новая экономика» в западном смысле (сектор услуг, сектор NGO, наука и т.п.). Теоретически это значит, что нужно уже сегодня перенастраивать систему образования таким образом, чтобы люди могли эти самые места занять.

Но индустриальный рабочий, даже высокоспециализированный, у нас все еще воспринимается как обитатель «низа» социальной иерархии — достаточно вспомнить громкое шипение всей московской тусовки по поводу назначения уральского полпреда Холманских. Как и так называемое «среднеспециальное» образование считается чем-то заведомо худшим, нежели «высшее». Любому, кто это попытается оспорить, немедленно бросят в лицо — «А ты сам-то че на заводе не работаешь? А твои дети где учатся?»

На практике мы видим, к чему приводит такой разрыв, когда дело доходит до реальной «реиндустриализации». В какой-нибудь регион приходит внешний инвестор — как правило, крупная западная компания — чтобы строить, допустим, завод. Понятно, что обучение персонала ей приходится организовывать самостоятельно (как это делали немецкие производители автокомпонентов в Калуге, которые попросту вывозили людей на полгода куда-нибудь в Штутгарт на тамошние предприятия и там их учили). Но дальше оказывается, что даже набрать на месте в обучение людей, желающих работать на их предприятиях, задача крайне трудная — несмотря на вполне привлекательные по региональным меркам зарплаты. В итоге… привозят и учат гастарбайтеров. С юга.

Вот вам и все эти миллионы новых рабочих мест. Вспоминается история северной Америки, куда по мере создания плантаций сахарного тростника завозили рабов из Африки, а аборигенов-индейцев, работать на плантациях не желавших, в то же время методично вырезали.

Нам тоже почему-то не улыбается идея конкурировать за места на современных «плантациях» с более эффективными по соотношению цена/качество обладателями добрых азиатских лиц. Мы, упорно отдающие детей учиться на юристов, экономистов и менеджеров, воспринимаем это «бесполезное» вроде бы образование как лотерейный билет, шанс хоть как-нибудь прорваться в более высокий класс — не тех, кто работает, а тех, кто управляет. Но ведь ежу понятно, что в этой гонке успеха добьется дай Бог один из ста. Причем в основном это будут те, у кого, кроме дипломов, есть еще папа или дядя на соответствующей позиции, который сможет придать дитятку стартовое ускорение.

Потому что, как сейчас понятно, мы, в своем сознании — все еще наследники более высокой (советской) цивилизации, и до сих пор не смирились с отведенной нам ролью периферии глобального капитализма. Периферии на данный момент вообще сырьевой, лишь только тешащей себя планами превратиться в периферию хотя бы еще и обрабатывающую. Не очень-то, между нами говоря, реалистичными.

Наверное, как-то так чувствовали себя ацтеки и инки в эпоху, наступившую после Кортеса и Писарро. Пока не превратились окончательно в то, что в современных США наывается «латиносы».

А всего-то и надо нам, советским людям — смириться, перестать о себе думать всякое и идти себе уже наконец, как говорили в 19 веке, «к немцу в латыши». Принять как данность тот факт, что друзья Чубайса, получившие сливки в 90-е, и друзья Путина, добравшие то, что осталось, в «нулевые», а также их «западные партнеры», приходящие на нашу землю в роли «стратегических инвесторов» — это новая аристократия, данная нам и нашим потомкам от Бога на веки вечные. Им же и их потомкам на роду написано возить в Куршевель фотомоделей, а в свободное от этих занятий время учить нас, несмышленышей, либеральным ценностям. И получать за то не только миллиарды доходов, но и миллионы голосов на выборах.

Будь я сегодня юношей, обдумывающим житье, я б, конечно, в такие «латыши» (они же «киргизы») не пошел. Но и в юристы-экономисты-менеджеры — не пошел бы тем более. Я б учился политике. Не «политологии», не «пиару» и не «госуправлению» и другим подобным профессиям для привилегированной обслуги, а именно политике. Правда, вот именно этому ни в одном российском вузе сегодня не учат.

Что ж. Значит, будем учиться сами.

Оставить Комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*