Атомная мода

.

Атомная мода

«За четыре года введено в строй более 12 гигаватт новых мощностей, — обратил внимание Владимир Путин. — Это самые высокие показатели за несколько последних десятилетий. 12 гигаватт! …В 2011 году — 6 ГВт. В текущем мы планируем сразу за один год ввести ещё 8 ГВт мощности».

Не упереться в «потолок»

Эксперты обращают внимание: без новых электростанций рост в других отраслях промышленности просто невозможен — экономика упирается в энергетический «потолок». Тем временем значительный вклад в обеспечение российских «розеток» током вновь вносит атомная отрасль. В прошлом году атомщики ввели в строй новый — четвёртый блок Калининской АЭС мощностью 1 ГВт. На разных стадиях строительства в России сегодня находятся ещё 9 блоков. В составе действующих или новых АЭС они дадут электроэнергию в течение ближайших 6-7 лет.

Атомная отрасль, оставаясь одной из самых высокотехнологичных в России, начинает «утирать нос» конкурентам и на глобальном рынке. По крайней мере, по словам Кирилла Комарова, заместителя гендиректора ГК «Росатом» по развитию и международному бизнесу, работа российских атомщиков за рубежом скоро станет обычным явлением:

- После аварии на АЭС «Фукусима» от атомной энергетики отказались только те страны, где не было серьёзных программ развития, где и так ничего не собирались строить. Например, Германия. Там есть действующие АЭС, но в течение последних 30 лет никогда не было программы строительства новых станций. А вот страны, которые планировали долю атомной энергетики в энергобалансе, все до одной подтвердили курс на её развитие. Приверженность «мирному атому» подтвердили более 40 стран. Из них более 10 пока не имеют своих объектов, то есть намерены дебютировать в этой сфере.

Речь и о таких двигателях современного развития на земном шаре, как Китай и Индия, и о других странах Юго-Восточной Азии. Это страны Центральной и Восточной Европы — Венгрия, Чехия, Словакия, Болгария — и динамично развивающаяся сегодня Турция. Это и самое динамичное государство в Африке — Южно-Африканская Республика (ЮАР), а также Аргентина и Бразилия.

Решение продолжить строительство АЭС приняли и в развитых европейских странах — в Англии, во Франции. Недавно в США после практически 30-летней паузы было выдано первое разрешение на строительство в стране новой АЭС.

Хитрости конкурентной борьбы

[articles:46823,44623]

Всех подгоняют дороговизна и истощение запасов углеводородного топлива. Между тем в новых условиях Россия получила даже дополнительные конкурентные преимущества. По словам Комарова, до Фукусимы некоторые страны соглашались на строительство атомных станций второго поколения, их предлагали некоторые участники рынка. Но сегодня всем нужны максимальные гарантии безопасности, станции 3-го поколения или поколения 3 плюс. Все требуют таких систем безопасности, которые защитят станцию даже в случае одновременного наступления самых невероятных обстоятельств — землетрясения, цунами, полного отключения электричества… А это как раз то, что предлагают именно российские атомщики.

В борьбе с конкурентами за новые проекты, как выясняется, важную роль играет и ещё одна деталь — референтность: важно, чтобы у «строителя» за спиной были успешно работающие станции. Но не менее важно, чтобы такие АЭС компания строила и у себя в стране, а не только предлагала на зарубежных рынках.

- К примеру, американская «Вестингауз», — поясняет Комаров. — За последние 20 лет она не построила ни одного реактора в США. Когда они приходят в какую-либу страну, желающую строить АЭС, со своим предложением — например, в Чехию, где мы с ними конкурируем, им неизбежно задают вопрос: если вы не строите такую станцию у себя дома, то почему хотите построить её в Чешской Республике?

Россия не только располагает колоссальным советским научно-техническим потенциалом, но и постоянно его совершенствует. Важно и то, что мы никогда не прекращали строить АЭС: пусть небольшими темпами, но строили и достраивали объекты внутри страны и за рубежом. Наши специалисты не теряли опыта. Кроме того, сегодня заказчик может объехать наши площадки и увидеть строительство АЭС на любом этапе, начиная с рытья котлована, заканчивая работами по пуску в эксплуатацию. Ну и, конечно, посмотреть уже сданные и успешно работающие станции.

Законодатель атомной моды

По современному проекту с реакторами ВВЭР-1000 «Рос­атом» построил уже несколько блоков в России, АЭС «Бушер» в Иране, а также первую очередь АЭС «Тяньвань» в Китае. Вот-вот будет закончена АЭС «Куданкулам» в Индии, пуск которой запланирован в этом году. Китай по итогам успешной эксплуатации станции по российскому проекту в прошлом году подписал контракт на сооружение её второй очереди. Кроме того, в портфеле заказов «Росатома» сегодня по 2 блока для Вьетнама, Бангладеш и Белоруссии, а также 4-блочная станция в Турции.

- «Росатом», безусловно, ориентирован прежде всего на удовлетворение нужд в электроэнергии российской промышленности. Атомная отрасль — это рабочие места, налоги, наконец внутренний заказ нашим машиностроителям, строительным организациям (до 97% оборудования и материалов изготавливается в России). Но сегодня мы становимся и своеобразным законодателем моды на глобальном рынке атомной энергетики, — говорит Комаров. — Мы первыми и пока единственными в мире реализуем проект сооружения АЭС по новому для рынка типу — «строй — владей — эксплуатируй». Речь о турецкой станции «Аккую». Это очень выгодно и политически, и экономически, поскольку Россия будет наращивать долю на мировом рынке высокотехнологичных услуг, а ежегодная выручка от продажи электроэнергии на этой станции составит 3-3,5 млрд долл. Кроме этого, мы увеличиваем объём заказа продукции и услуг отечественного производства, который даст существенный эффект для развития национальной промышленности. Плюс до 10 тыс. дополнительных рабочих мест в активной фазе строительства. Это тоже в подавляющем большинстве будут российские специалисты. Интерес же таких проектов для стран, только встающих на путь развития атомной энергетики, в том, что мы предлагаем комплексное решение: финансирование и содействие в предоставлении кредитов, содействие в разработке национальной законодательной базы, подготовку и обучение персонала, гарантированное обеспечение ядерным топливом, обращение с отработанным топливом и т. д.

В результате, по словам Комарова, сегодня на мировом рынке сооружения АЭС доля России — около 25%.

- До 2030 года в мире может быть построено 350 блоков. У нас есть все шансы сохранить долю, наш потенциальный порт­фель заказов до 2030 года составляет более 80 энергоблоков. Такая масштабная программа строительства формирует потребность в закупке по всему миру оборудования, материалов и услуг на более чем 300 млрд долл. И мы намерены сформировать открытую глобальную систему поставок оборудования на наши проекты…
По словам Комарова, для «дебютирующих» стран сооружение АЭС кроме источника относительно недорогой электроэнергии становится ещё и социально-экономическим проектом: это стимул для развития местной промышленности и строительной индустрии (как следствие локализации услуг и производства оборудования), создания новых рабочих мест, развития образования и науки.

Между тем для самой России проекты «Росатома» становятся и ещё одним «мостиком» для интеграции на Евразийском пространстве.

- Украина — серьёзный парт­нёр, у неё 15 действующих блоков, — приводит пример Комаров. — Это для нас и рынок для поставки топлива, и возможность для интеграции ядерных промышленных комплексов. Благодаря совместному прошлому украинские предприятия уже сейчас могут производить оборудование для российских атомных станций и, кстати, успешно это делают. В прошлом году Украина поставила оборудование на действующие и строящиеся российские АЭС на 140 млн долл.

Оставить Комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*