Дворец проклятых

.

Дворец проклятых

Двести лет назад, после пожара 1812 года, спалившего чуть ли не всю Москвы, частные постройки из дефицитного кирпича были временно запрещены. Запрет могли обойти считаные люди. Среди них — Николай Борисович Юсупов, «главноначальствующий над Экс­педицией кремлёвских строений и над Оружейной палатой». Он ухитрился достать 50 тысяч кирпичей для ремонта фамильного дома в Большом Харитоньевском переулке.

Скелеты в… ходу

Юсуповский дворец — одно из старейших зданий Москвы. По семейной легенде, в XVI в. в этих местах чернел лес, в котором любил охотиться Иван Грозный. Однажды, переезжая речку Черногрязку, он зацепился за ветку — и с головы упала шапка. Суеверный царь счёл это знаком и решил на этом месте построить себе охотничий домик, названный Сокольничим дворцом.

Как писал в мемуарах последний из рода Феликс Юсупов (ставший знаменитым как участник убийства Распутина), возвели дворец Постник и Барма — те же зодчие, что создали храм Василия Блаженного на Красной площади. Сокольничий дворец царь якобы повелел соединить подземным ходом с Кремлём, что позволяло Грозному «из-под земли» появляться перед подданными. При его подозрительности это не было лишним. Родители Феликса, князь Феликс-старший и Зинаида Николаевна, во время ремонта дворца в 1891 г. будто бы обследовали подземный ход и нашли в нём несколько скелетов, прикованных цепями к кольцам, заделанным в стену, — почерк Грозного.

В короткое правление императора-подростка Петра II дом, отнятый у любимца Петра I барона Шафирова (Меншиков отправил его в ссылку), перешёл к Юсуповым. С тех пор до самой революции 1917 г. дворец принадлежал им.

Сегодня это один из самых молодых (ему меньше двух лет) музеев Москвы. В отреставрированном Тронном зале висят портреты обоих Петров, благодаря которым дворец и стал Юсуповским. Особенно его любил екатерининский вельможа Николай Борисович — тот, что подарил сгоревшему в пожаре 1812 г. дому вторую жизнь. Если верить легенде, этот неуёмный донжуан устроил здесь сераль для двух десятков крепостных девок — самых пригожих лицом. В Харитоньевском он держал избранных. Главный же его гарем в подмосковной усадьбе Архангельское насчитывал около трёхсот любовниц: таково число портретов девиц Юсупова — а он непременно запечатлевал на холсте каждую удостоившуюся его благоволения.

[articles: 28679, 45521]

Знаток искусств (это он закупал в Европе картины для своей любовницы Екатерины II, благодаря чему и стал директором Эрмитажа), Николай Борисович дружил с французскими живописцами Грёзом и Робером. В его личном собрании насчитывалось 483 полотна лучших европейских мастеров. Построив «русский Версаль», как называли Архангельское современники, вельможа позволял себе такие, к примеру, причуды: золотым рыбкам в фонтане прокалывали жабры и подвешивали золотые серёжки, а дрессированный орёл, развлекая бессчётных гостей, через равные промежутки времени взлетал на шпиль усадебного дома.

Подолгу живя за границей, Юсупов сдавал свои владения. Так, в 1801-1803 гг. «у Харитонья в переулке» жила семья Сергея Львовича Пушкина. Его гениальный сын запомнил прогулки с няней в юсуповском саду. А во дворец «поселил» Татьяну Ларину. Бывший «квартиросъёмщик» пригласил хозяина в качестве посажёного отца на свою свадьбу с Натали Гончаровой.

Когда 80-летний Николай Борисович, не проявлявший до того признаков старения, внезапно умер от холеры, его безутешная 18-летняя любовница рвала на себе волосы.

Фото Эдуарда Кудрявицкого
Наказали за гуся

Но счастье богатейшей в России семьи Юсуповых омрачало проклятие, преследовавшее род больше двух столетий. В каждом поколении семьи умирали дети. Юсуповы заметили: умирают все, кроме единственного наследника. Причём никто из умерших не преодолевает возраста 26 лет. Эту зловещую закономерность Юсуповы осознали как наказание за грех одного из предков.

Абдул-Мурза, правнук хана Ногайской орды Юсуфа (от него и фамилия), сменил ислам на православие. Говорят, сделал он это не вполне добровольно. Принимая в своём доме царя Фёдора Иоанновича и патриарха Иоакима во время Великого поста, он угостил их под видом рыбы гусем. Патриарх нахваливал «рыбу», а Абдул-Мурза — своего повара, искусно замаскировавшего гуся под рыбу. Из-за этого кощунства гнев царя и патриарха был беспредельным. Шутник долго думал, как загладить вину. И надумал: перешёл в православие, получив при крещении имя Дмитрий. С тех пор все Юсуповы — православные и русские. Да только ногайская колдунья будто бы прокляла вероотступника (по другой версии, род Юсуповых проклял сам пророк Мухаммед, явившийся Абдулу-Дмитрию во сне).

И проклятие стало сбываться. Дошло до того, что Зинаида Ивановна Нарышкина, невестка того самого Николая Борисовича, похоронив первенца и узнав о родовом проклятии, отказалась «рожать мертвецов» — пусть, мол, Борис Николаевич «брюхатит крепостных девок». Единственный выживший сын Николай оказался последним настоящим Юсуповым: у него выжила лишь дочь Зинаида, а внук Феликс-младший получил фамилию матери только по высочайшему соизволению, дабы не пресёкся славный род.

Феликс был последним из семьи, кто побывал в московском дворце. В 1919 г., когда Юсуповы скрывались от большевиков в Крыму, он со слугой тайно приехал в столицу, посетил Харитоньевский и запрятал клад с фамильными драгоценностями. А отыскали его случайно — в нише первого этажа, где сейчас расположен музейный гардероб. Среди множества золотых вещей были скрипка работы Страдивари и украшения из собрания семьи Романовых, подаренные к свадьбе Феликса-младшего с Ириной, племянницей Николая II. После этой находки дворцовые стены буквально искрошили, но в двадцати других тайниках ничего не нашли.

Оставить Комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*