Елизавета Глинка: Миша Неверицкий

.

Елизавета Глинка: Миша Неверицкий

Трубка была с голосовым клапаном, поэтому Мише удавалось говорить с нами.

— Я ничего не успел, Петровна. Не женат, не образован, не обеспечен.

Все суетился. Мать жалко.

Дома у него оставалась слепая мать, которую он ограждал от любых переживаний.

— За что ей такое? Она родила меня поздно, почти в сорок с лишним. Не звоните ей часто. Не мучайте.

Мать, конечно же, знала, но по негласной договоренности они оба не упоминали ни о диагнозе, ни о прогнозе. Её два раза приводили в хоспис. Видимо, она ослепла не так давно, потому что ходила плохо, и целиком зависела от проводника. Проводником был её старший сын.

Приходил он редко. Вернее, почти не приходил.

— Мама, Вы как там без меня?

Не оставлял без заботы и нас. Кормил рыбок и птиц, и звал меня к телефону, если я была не в отделении.

— Вот чего все носитесь, Петровна? Ходить надо, не бегать.

Глядя на Мишу, я поражалась его умению радоваться. Его радовало ну буквально все — снег, утро, и даже обычное «Привет, Миша, как ты сегодня?»

Он сам спросил меня, сколько осталось.

— Немного, Миш. Совсем немного.

Заплакал.

— Матери не говорите…

Он вытер глаза, и перейдя на «ты», попытался что-то сказать ещё.

Не получилось. Взял бумагу, размашисто написал «Чего сидишь — попа зови скорее!!!».

Ушел он тихо. Так же, как и жил.

Он один из тех, с кем мне очень хочется встретиться там, куда они уходят, и сказать «Привет, Миш, как ты?».

 

 

Елизавета Глинка
Исполнительный директор фонда «Справедливая помощь», врач паллиативной медицины, блоггер

 

 

Оставить Комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*