Федор Лукьянов: Остановить китайскую экспансию невозможно

.

Федор Лукьянов: Остановить китайскую экспансию невозможно

В последние время в России многие говорят о том, что одним из главных союзников кремля является Поднебесная. Однако, это не так. В мире есть очень много стереотипов, которые не помогают разобраться в ситуации, а наоборот.

Во-первых, слово «союзник» применительно к Китаю некорректно. Россия и Китай не являются союзниками. Это не означает, что мы являемся противниками. Союзник – это очень серьезная степень отношений, в идеале это формальные отношения, обязывающие две или более стран в своей политике учитывать интересы других, а если у других есть проблемы, вмешиваться с целью их решения.

Союз России с Китаем невозможен не потому, что Россия этого не захочет. Я могу себе теоретически представить ситуацию, что у нас сменится поколение руководителей, и Азия будет безумно развиваться, и у нас встанет вопрос, а почему мы в этом не участвуем? Давайте станем, пусть младшим, но партнером, союзником Китая. Не получится, потому что Китаю союзники не нужны. Китай ни с кем ни в какие обязывающие альянсы не вступает. Китай говорит о гармонии, стратегическом партнерстве, но не о союзах, потому что Китай считает, что любой союз ограничивает возможности. Как только ты заключаешь с кем-то формальный союз, значит, ты обязываешься в случае просьбы союзника куда-то вмешаться, даже если это не вполне соответствует твоим интересам.

Во-вторых, ты тем самым ограничиваешь возможность отношений с третьими странами. Поэтому ни союз Китая с Россией, ни союз Китая с Америкой невозможны. Про союз Китая с Америкой очень модно было говорить пару лет назад.

[articles: 50453, 50354]

До кризиса и до того, как стало понятно, что из кризиса Китай и Америка выходят совершенно по-разному и с разным ощущением. Визит Обамы в 2009 году как раз совпал с этим осознанием. Основой спекуляций о возможном союзе Китая и Америки был тот факт, что возникла глубокая взаимозависимость экономик, этот пузырь — американский рынок и долги плюс китайское производство и деньги — вступили в этот неразрывный симбиоз, который существует до сих пор. И на этой основе осталось только политически договориться и тогда мы будем управлять миром. Не получится, как выяснилось, потому что китайцы сразу сказали: спасибо. Мы видим, как вы управляете миром. Вот и управляйте, нам это не надо, у нас свои проблемы. А это экономическое переплетение все больше рассматривается не как благо, а как бремя. Так вот Китай ни с кем никаких союзов не заключает.

Сейчас у России и Китая отношения очень хорошие. Конечно, потенциально у нас есть основание для страха: и по поводу демографического притока, и по поводу территориальной экспансии, и по поводу стремительно растущего экономического дисбаланса, когда Китай уже кратно сильнее России, и эта пропасть все увеличивается.

Это все предпосылки для опасений. И как сказал Путин на встрече с политологами в начале февраля, мы – не слепые и не глухие, мы все видим: и рост военной мощи, и экономической, и т.д. Мы прекрасно осознаем последствия, но, закончил Путин, китайские партнеры относятся к нам с уважением, американские – нет. Это показывает его мир. У него Америка плоха тем, что она не уважает и с ней трудно. Он отчасти прав, потому что Китай обладает очень большим чувством политического такта.

Китай не говорит публично, что претендует на нашу территорию, и даже не публично, это не основной дискурс. Есть, конечно, где-то какие-то карты, неравноправные договоры 19 века, но официально вопрос закрыт. Китай никому ничего не навязывает, никакой целенаправленной экспансии китайцев в Россию не осуществляет.

Тот факт, что в России китайцев становится больше, в частности на Дальнем Востоке, это закон физики. Если мы не будем развивать Сибирь и Дальний Восток сами, эти пустеющие недоразвитые территории, которые соседствуют с бурно развивающимися и перенаселенными, ничего не сделаешь, это по закону физики, перетекание будет происходить. Мы можем этому сопротивляться, но остановить это невозможно.

Это вина Китая или наша вина? Получается, что Китай просто занимается собой, он очень интенсивно развивается. Всем соседям от этого страшно. Прежде всего потому, что они так развиваться не могут, у них не получается. И когда эти страхи высказываются или проявляются, китайцы и разводят руками и спрашивают, нам что, остановить свое развитие. Это конечно не без доли лицемерия, лукавства.

Ответ на китайский рост только один – придумать такую стратегию собственного развития, особенно азиатской части России, которая бы использовала этот мощнейший экономический подъем, который есть в Азии, не позволила бы Китаю стать доминирующей силой в этом регионе, что очень трудно. Диверсификация кого угодно в Сибирь: корейцев, японцев, американцев, европейцев, россиян в первую очередь, с тем, что сбалансировать это влияние Китая. Мы можем ответить Китаю, помимо того, что у нас должны быть средства сдерживания военные, у нас должны быть выстроены тонкие дипломатические отношения, чтобы быть близко, но не сливаться.

Это, кстати, очень сложно, и будет большой задачей для следующего президента. Но самое главное – это развиваться, потому что китайцы в отличие от Запада, у которого очень много эмоций в отношении России и Путина, развиваются. Путин это понимает, немного взвинчивая ставки, то есть на словах он бывает более наступателен, чем реально Россия может себе позволить, но это работает. Так вот Китай вот это все не «покупает», все эти наши возможные размахивания кулаками, потому что холодно смотрит на реальные основания. Основания какие? Россия – страна, демографически слабеющая, экономически развивающаяся очень однобоко и не динамично, по крайней мере, по сравнению с ними, и в общем утрачивающая позиции, особенно в Азии. Китай на это смотрит и делает свои выводы. Чтобы переломить это, надо изменить тенденцию, чтобы Россию больше не видели в Азии как угасающую страну, тогда изменится вся оптика.

 

Полная версия интервью Федора Лукьянова.

 

Оставить Комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*