Генерал, друг поляков

.

Генерал, друг поляков

Отечественная война 1812 г. породила множество героических личностей.

Одних — как Петра Багратиона, Дениса Давыдова, Алексея Ермолова — помнят до сих пор. Других, к сожалению, забыли.

Одного такого забытого героя, князя Дмитрия Ивановича Лобанова-Ростовского, вспоминает сегодня Александр Звягинцев, заместитель Генерального прокурора РФ. Полную версию статьи читайте в последнем номере журнала о духовном единстве народа «Орден».

Резервная армия

Во время Отечественной войны 1812 года князь Лобанов-Ростовский формировал резервную армию, а затем и командовал ею. Когда в мае следующего года его армия вошла в объединённые войска, которыми командовал граф Леонтий Леонтьевич Беннигсен, Дмитрий Иванович, не захотевший служить под его началом, подал прошение об отставке. Государь не принял её, написав Лобанову-Ростовскому: «Служение Ваше полезно и нужно государству. Я уверен в Вашем патриотизме, и что по приверженности Вашей ко мне не откажетесь приносить служением Вашим вящих польз».

Дмитрий Иванович Лобанов-Ростовский был человеком вспыльчивым и горячим, но вместе с тем справедливым и сострадательным. О нём говорили, что он в «малом теле вмещает душу великую». Мужество своё в боях, по выражению солдат, служивших под его началом, простирал «до бешенства». Так было и потом, на гражданской службе, когда он стал министром юстиции и когда исполнял обязанности генерал-прокурора в Верховном уголовном суде по делу о восстании на Сенатской площади. Если Лобанов-Ростовский видел несправедливость и убеждался, что невиновный человек оклеветан, он решительно вставал на его защиту.

Отец-избавитель

Лобанов-Ростовский остался в армии. Вместе со своим резерв­ным войском он оказался в Великом Герцогстве Варшав­ском (часть Польши, которая, будучи протекторатом наполеоновской Франции, воевала против России. — Ред.).

Штаб-квартира командующего располагалась в Варшаве. Однажды Лобанову-Ростов­скому доложили, что в тюрьме содержатся несколько поляков, которым по законам военного времени грозила смертная казнь. Все они обвинялись в том, что пытались пробраться в осаждённую русскими войсками крепость Модлин, чтобы передать продовольствие её защитникам.

[articles: 53012]

У Дмитрия Ивановича, человека смелого и решительного в сражениях, но с душой, полной сострадания и сочувствия к людям, рука не поднималась отправить несчастных поляков на смерть. И Лобанов-Ростов­ский решился на необычный для военного шаг. Он собственноручно написал Александру I донесение, в котором искусно обосновывал необходимость прощения арестованных.

Фельдъегерь с письмом по­мчался к императору. Несколько дней прошли в тягостном ожидании. И вот наконец курьер вручил Лобанову-Ростовскому пакет от государя. Быст­ро пробежав письмо глазами, Дмитрий Иванович не смог сдержать слёз. Александр простил арестованных и повелел отпустить их.

Не мешкая более ни минуты, князь известил заключённых о дарованном им прощении. Весть об этом мгновенно разнеслась по городу. Жёны, дети, родственники несчастных, просто незнакомые люди толпой бросились к дому Лобанова-Ростовского. Со слезами на глазах они кричали: «Ты наш отец! Ты наш избавитель! Милосердный Государь послал нам в тебе ангела-благотворителя!»

Этот случай долго помнила вся Варшава.

Оставить Комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*