Право, славная голландка…

.

Право, славная голландка...«Двойная» жизнь

Впервые в нашу страну Фредерика приехала студенткой в 1976 г. «Советских денег у меня не было, поменять валюту — целая история. Я пошла на стоянку такси: «Пожалуйста, отвезите до МГУ бесплатно». Один водитель согласился. Уже в машине он сказал: «Вы просто светитесь от счастья. До сих пор я не замечал, чтобы наша страна так действовала на иност­ранцев».

В СССР Фредерика вела «двойную» жизнь: «Вставала в 5 утра, чтобы до начала лекций съездить на другой конец Москвы в храм на утреннюю службу. Потом заметила, что за мной следят: видимо, иност­ранка, покидавшая общежитие в 5 утра, вызывала подозрение. Батюшку из храма, протоиерея Николая Ведерникова, вызвали на разговор, угрожали. Но, когда я попросила, чтобы он меня крестил, он не испугался. Я крестилась в марте 1977 г., в православии получила имя Мария — в честь святой Марии Египетской.

Ко Христу меня привёл Достоевский. В Голландии в университете в Гронингене я училась на факультете славистики и на русском прочла «Братьев Карамазовых». Остальных студентов интересовало строение предложений, а мне хотелось обсудить содержание! Достоевский раскрыл мою душу, но я не знала, куда идти дальше. Я тогда даже рассердилась на писателя. И вот в таком состоянии узнала, что в университете будет читать лекцию митрополит Антоний Сурожский, он приехал из Анг­лии, где возглавлял епархию, объединяющую православные приходы РПЦ. Я впервые в жизни увидела монаха. Он был в рясе, и глаза чёрные сверкали, как угли. Владыка прекрасно говорил по-английски. В конце он объявил, что будет отдельная встреча для православных прихожан города. В тот момент я поняла: вот продолжение пути, который открыл мне Достоевский. Я не только пошла на встречу, но ещё несколько раз ездила к владыке в Лондон. Для меня, бедной студентки, билет в Англию стоил целое состояние, но каждый раз, когда была нужда в поездке, появлялся заказ на перевод, а переводить я могла с английского, немецкого, французского и русского».

Рвалась в Россию

После возвращения из СССР и окончания университета Фредерика переехала в Лондон, где владыка Антоний был настоятелем Успенского кафедрального собора. Фредерика работала в Лондоне в клинике, а душой рвалась в Россию: «В первый приезд в вашу страну я почувст­вовала, что обязательно буду здесь жить». Владыка Антоний не сразу благословил духовную дочь на переезд. Лишь в начале двухтысячных, за несколько лет до своей кончины, он сказал: «Поезжай, ты там нужна. Только помни: тебе надо научиться большому терпению».

[articles:50133,50138,50142 ]

Терпение Фредерике потре­бовалось недюжинное. Английский медицинский диплом в нашей стране не котировался. В России Фредерике пришлось получать ещё одно высшее образование, на этот раз психолога. В это же время её сестре в Голландии поставили диагноз — рак. «Я жила в Москве по студенческой визе. Чтобы отправиться в Голландию, мне нужно было разрешение на выезд. Чиновники сказали: за время учебного года вы можете выехать только раз. Я тут же поехала к сестре. Потом вернулась. А через несколько месяцев ей стало совсем плохо, она умирала. Но выехать к ней второй раз мне не дали. Через полгода я снова встретилась с этой чиновницей, она воскликнула: «О, ваша сест­ра умерла — если бы я знала, то дала бы разрешение на выезд!» Но она всё прекрасно знала. Я тогда сильно переживала».

Последние десять лет Фредерика работает в Первом московском хосписе как психолог и рефлексотерапевт. Она облегчает безнадёжным онкобольным физические и душевные страдания, проводя с ними их последние часы и минуты на земле. Главная идея хосписа — неизлечимо больные люди имеют право на достойную смерть, на медпомощь и уход. Не менее важно — помочь родственникам справиться с болью потери близкого человека. Я спрашиваю Фредерику, как её сердца хватает на всех пациентов, в год их у неё насчитывается до 400 человек. «Если бы у меня не было веры в жизнь после смерти, я бы не смогла столько лет работать в хосписе. Перед смертью наступает момент истины, когда люди видят, что важно в жизни и что в ней ценно. Здесь отпадают фальшь и маски, которые человек на себе носил. В этом смысле в хосписе больше света, чем в обычной жизни. У нас прекрасная команда врачей, сестёр, волонтёров. Хоспис — гос­учреждение, здесь всё бесплатно. Ручаюсь, что здесь ни один человек не взял с пациента ни рубля, хотя знаю, что так происходит далеко не везде. Недавно у нас лежал 12-летний мальчик с опухолью мозга. До этого он был в одной из столичных дет­ских больниц, где три дня кричал от боли, но к нему никто не подходил. Представьте, что испытывала его мама, слушая эти крики. Так продолжалось до тех пор, пока дедушка мальчика не привёз 30 тыс. руб. Но это были последние деньги в семье. Как врачи могут так себя вести?!»

Сама Фредерика работает бесплатно. Десять лет назад, когда цены на жильё в Москве ещё не были столь чудовищными, на лондонские сбережения она купила здесь однокомнатную квартиру. На оставшиеся средства жила несколько лет. «А когда деньги закончились, в Англии у меня появился благодетель — прочитал обо мне материал и теперь пересылает небольшие суммы. На еду и квартплату хватает». Её английские пациенты до сих пор просят Фредерику вернуться, но она всё решила: «Мои корни теперь в России. Хлопочу о двойном голландско-российском гражданстве, но если по­ставят перед выбором — возьму российское».

Оставить Комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*