Праздник торжества… чего?

.

Праздник торжества... чего?

«Надо верить, что кардинальный поворот к лучшему однажды случится. Обязательно!» — говорит сценарист Эдуард Володарский.

12 июня мы в 20-й раз отметили День России. Эта дата по задумке тех, кто стал во главе новой — перестроечной — России, должна была стать праздником торжества демократии. Но у россиян она вызвала неоднозначные чувства — для многих этот день стал символом распада СССР и окончательного крушения привычного мира… О том, почему 12 июня так и не стал днём народного единства, а также о том, как объяснить власти, чего на самом деле хочет народ, рассуждает сценарист, писатель Эдуард Володарский.

«Лишь повод выпить»

«АиФ»: — Эдуард Яковлевич, День России — нерабочий, то есть народ должен был бы праздновать да радоваться, но национальным, народным праздником он так и не стал. Как думаете, почему?

                                                               

Досье

Эдуард Володарский родился в 1941 г. в Харькове. Окончил сценарный факультет ВГИКа. Написал сценарии к таким фильмам, как «Свой среди чужих, чужой среди своих», «Мой друг Иван Лапшин», «Достоевский», «Штрафбат», и др.

Э.В.: — Потому что большинству, и прежде всего молодёжи, эта дата вообще ни о чём не говорит. Как, собственно, и другой новый праздник — 4 ноября, День народного единства. Я как-то посмотрел школьный учебник истории — так там об этом периоде практически ничего не написано. Хотя те годы — конец Смутного времени, польская экспансия — были действительно страшные, существование государства было поставлено под угрозу. Поэтому без понимания истории, без соответ­ствующей пропаганды и 12 июня, и 4 ноября, как бы красиво эти даты ни назывались, так и останутся для страны не праздником, а дополнительным выходным и лишним поводом выпить водки.

«АиФ»: — Но для определённой части общества этот день стал поводом снова выйти на улицу, чтобы выразить свой протест. Можно ли говорить о том, что общество проснулось, или утверждать это пока рано?

Э.В.: — Полагаю, что рано. Всё-таки протестное движение пока касается больше Москвы и Питера. В этой истории меня больше всего отвращают те, кто пытается возглавить протест. Уж больно мизерные людишки. Они не вызывают у меня не то что доверия, а элементарного уважения. Что они хотят высидеть?! Чтобы ушёл Путин?!

«АиФ»: — Люди хотят, чтобы власть перестала обращаться с ними как с быдлом, чтобы элементарно услышала их!

Э.В.: — А что она должна услышать?! У этих людей нет никакой конкретики! Вот я, например, чётко знаю, чего хочу от власти. Я хочу, чтобы у нас была введена смертная казнь. В том числе за коррупцию, как в Китае! Я хочу, чтобы кардинально было сокращено число ненасытных чиновников, которые паразитируют на теле общества! Это конкретно! А требовать, чтобы в стране стало больше демократии, — это чушь собачья! Где вы её вообще видели, эту демократию? В театре она есть?! На заводе?! В армии?!

«АиФ»: — Ну вы же не будете спорить, что в той же Америке куда больше демократии, чем у нас?

Э.В.: — Да бросьте вы! В Америке живёт много моих знакомых. И все они говорят, что Штаты — это абсолютно полицейское государство и никакой демократии там нет. Там вся власть принад­лежит одной касте — юристам! В Европе почти то же самое. Конечно, это не тоталитарные государства, не монархии, но тем не менее. Кстати, я не раз уже подчёркивал, что по своим убеждениям я как раз монархист. Монархия хороша тем, что при ней всё-таки есть шанс, что к власти придёт человек действительно порядочный, честный. А при демократическом строе, причём в любой стране, это исключено напрочь. Пока человек доберётся до верхушки власти, он столько подлостей вынужден будет сделать, столько друзей продать… Если уж на то пошло, то Гитлер как раз пришёл к власти демократическим путём — победил в честных выборах.

Дата съемки: 04.08.1994. Источник фото: russianlook.com
Верить в лучшее

«АиФ»: — По оценке некоторых аналитиков, сегодня количество уезжающих из России почти в десять раз больше, чем даже в 1991 году — времени пустых прилавков и всеобщего хаоса. Вас такие данные не пугают?

Э.В.: — Я не очень верю нашей статистике. Думаю, в своих выводах аналитики больше учитывают не средний класс, а бизнес-элиту, которая действительно сейчас бежит из России. Я недавно проезжал по Рублёвке и поразился, сколько домов украшают объявления об их продаже. Почему богатеи бегут? Чего они вдруг испугались? Чёрт их знает! Но к рабочему люду эта «утечка» отношения не имеет.

«АиФ»: — Может быть, у рабочего люда просто нет возможности уехать?

Э.В.: — Не думаю! У меня много старых друзей из числа учёных, которые работают в филиале Курчатовского института в Троицке. Я прекрасно знаю, за какие мизерные зарплаты они трудятся. Помню время, когда они в течение трудового года влезали в долги, а в отпуск шли шабашить на стройки и свои долги гасили. Так вот, лет семь назад одного из таких друзей пригласили в Америку выступить с парой докладов. Он вернулся и рассказывает: «Представляешь, предложили сразу два места! Высокая зарплата, дают коттедж, машину…» Я, недослушав, перебиваю его: «И ты, идиот, отказался?!» Он кивает: «Ну, куда я поеду? На кого я нашу «кастрюлю» оставлю?» «Кастрюлей» они между собой ядерный реактор называют. (Смеётся.) Я хочу сказать, что таких людей много. Даже имея возможность свалить, они остаются. Надо всё-таки верить, что кардинальный поворот к лучшему однажды случится. Пусть и не при моей жизни, но он обязательно случится! Мы ведь до сих пор не можем оправиться от того урона, который нанесли стране гайдаровские реформы. Если раньше мы изготавливали до двух тысяч самолётов в год, то сейчас закупаем за рубежом рухлядь и летаем на ней, пока она не разобьётся. Но надо верить в лучшее. Без веры жить совсем тяжело.

«АиФ»: — Кстати, о вере в лучшее. Известный американский демограф Николас Эберстадт, который 35 лет занимается изучением России, недавно опубликовал исследование, посвящённое стремительному сокращению населения России. Он утверждает, что демографическая ситуация ухудшается ещё и потому, что русские живут с ощущением умершей надежды на счастливое будущее.

Э.В.: — А разве население продолжает сокращаться? Насколько я слышал, демографическая  ситуация стала улучшаться. Об этом Медведев говорил в одном из своих выступлений.

«АиФ»: — А вы верите тому, что нам официально говорит власть?

Э.В.: — (Задумывается.) Да чёрт его знает! Уж и не понимаешь, кому верить. С другой стороны, всё-таки за последние годы экономическое положение среднего класса улучшилось. Я говорю это, опираясь не на официальные данные, а на личный опыт.

«АиФ»: — Порой создаётся ощущение, что демографические показатели растут за счёт мигрантов.

Э.В.: — Вот тут я с вами согласен! Меня порой оторопь берёт, когда я вижу количество азиатов и кавказцев на наших улицах. Но это не только российская тенденция. Возьмите Францию, Англию — сплошные арабы! В засилье гастарбайтеров у нас, я считаю, во многом виноваты бизнесмены с их бесконечной жадностью. Наша экономика построена таким образом, что им выгоднее нанять мигранта, чем россиянина. Гастарбайтеру можно платить в три раза меньше, а можно и вовсе не платить: месяца три они трудятся за еду, а по окончании работ наниматель стучит в миграционную службу, и работничков выдворяют из страны. Наглая, чудовищная алчность — вот источник проблем. Ну и, конечно, фантастическое безволие и попустительство власти. Я, к примеру, не понимаю, почему у нас из года в год из страны вывозится более 200 млрд долларов! В той же Европе подобный бардак невозможен! Скажем, гражданин Австрии не имеет права хранить деньги за рубежом. Если это вскроется, его обложат огромными штрафами.

Практически то же самое в Германии. А у нас делай что хочешь! Наши олигархи понабрали за рубежом кредитов на аст­рономические суммы, и может так случиться, что отдавать их долги придётся государству. Это ставит под угрозу всю нашу промышленность, точнее то, что от неё осталось.

Оставить Комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*