Вьетнамская сказка

.

Вьетнамская сказка

Эта история — как сказка. В ней и любовь, и потеря, и поиски. И по-своему счастливый конец.

Когда к торгующим на вьетнамском рынке Казани предпринимателям подходит европеец и начинает говорить на их языке, они удивляются: «За тысячи километров от нашей родины кто-то знает вьетнамский?!»

Шамиль Галяутдинов — коренной казанец. Его любовь к Вьетнаму родилась больше четверти века назад. В 1984 г. парня призвали служить на Тихоокеанский флот, и он попал на военно-морскую базу во вьетнамский город Камрань.

Чан-н-н-г!

Вьетнамский он выучил благодаря хрупкой девушке со звонким голоском. Таким же мелодичным, как и её имя — Чан-н-н-г, звучащее словно серебряный колокольчик.

«Советский Союз был великой морской державой, — вспоминает Шамиль Талгатович. — И присутствие в какой-либо части света наших кораблей и самолётов не было чем-то особенным, СМИ не трубили о каждом полёте наших стратегических бомбардировщиков или о заходе наших кораблей в тот или иной порт, как это делается сейчас».

В Союзе ещё не произошла перестройка, а во Вьетнаме ещё не начались реформы «дой мой» («обновление»). Отношения на уровне политического руководства между СССР и Вьетнамом были напоказ дружескими, а на деле достаточно прохладными. Эта атмосфера недоверия в отношениях между двумя странами не могла не повлиять на судьбы советского моряка и вьетнамской девушки, которые встретились в Камрани и полюбили друг друга.

«Нам было по 19 лет, чистота, искренность, бескорыстие наших чувств до сих пор удивляют меня, мне кажется, такой накал и поэтика отношений — невиданная экзотика», — вспоминает Шамиль.

Сказка длилась 9 месяцев — как один вздох. В последних числах марта 1985 г., случайно встретив Чанг на улице, Шамиль неожиданно натолкнулся на её враз потемневший взгляд, наполненный презрением и ненавистью. Она отвела глаза и молча перешла на другую сторону улицы…

«Этот взгляд будет жечь мне душу все 22 года. Эта была наша последняя встреча в той жизни…»

Очень скоро Шамиль выяснил причину произошедшего. Чанг вызвал и отругал её начальник Лан. Сказал, что вьетнамская девушка не должна встречаться с «тей» (иностранцем). К тому же замполит советской военной части сообщил Лану, что как будто бы сам Шамиль обратился к нему с просьбой оградить его от приставаний Чанг. Девушке объяснили, что любимый Шамиль — подлец, не стоит с ним встречаться, и отправили её с базы на юг страны.

«Я скучаю»

22 года прожил Шамиль с гнётом несовершённого предательства в душе, с тяжёлым грузом горечи невыясненных отношений. А летом 2007 г. всё-таки решился поехать во Вьетнам.

«К тому времени чувства к Чанг у меня остыли, — объясняет он. — Но я не мог вычеркнуть из памяти всё то, что произошло. Мечтал вновь побывать в местах, где я служил, там, где когда-то располагалась советская военно-морская база».

Но главное, конечно же, хотелось объясниться с Чанг! Хотя он понимал: шансы на встречу равнялись нулю, ведь во Вьетнаме живёт около 100 млн человек. Однако судьба распорядилась по-другому. По-сказочному.

Как только Шамиль оказался на территории закрытого объекта — бывшей военно-морской базы в Камрани, его задержал патруль. Во время допроса россиянин стал называть имена вьетнамских военных, служивших с ним на базе в то время. Вместе с офицером, возглавлявшим патруль, они вспомнили общих знакомых. Шамиль заговорил о Чанг, показал её фотографию и узнал, что она вышла замуж за знакомого ему паренька по имени Фам, также служившего на базе, после чего они уехали далеко на юг.

Этот же офицер помог Шамилю отыскать родителей Чанг. Когда переводчик набрал номер её телефона и сказал, что её разыскивает Шамиль из России, Чанг не могла в это поверить. «Этого не может быть… Это провокация!» — сказала она, а потом добавила, что хотела бы его увидеть, если это возможно… А ведь в сказке всё возможно.

И Шамиль отправился в непростой путь на встречу с первой и, возможно, главной в жизни любовью — 10 часов пробирался по джунглям, переправлялся на пароме через многочисленные реки… Чанг он нашёл в прямом смысле слова на краю света: провинция, в которой она живёт, является крайней юго-восточной оконечностью Евразийского континента.

Встречать гостя из далёкой России вышла вся семья Чанг, их соседи, знакомые. Ради Шамиля накрыли богатый по местным меркам стол. «Здесь приготовить курицу для гостя — это всё равно как у вас в России зарезать барана», — объяснил проводник.

Увидев Шамиля, Чанг лишилась чувств. Потом, сидя рядом, время от времени дотрагивалась до него, как будто боялась, что он сейчас растворится в воздухе… Шамиль пробыл в гостях у Чанг всего один день, поговорить наедине им так и не удалось. Когда пришло время отправляться в обратный путь, Шамиль заговорил о несовершённом предательстве.

- Сначала меня захлестнуло чувство обиды от такого невероятного предательства, но со временем я осознала, что мой любимый не мог так поступить, что меня просто обманули, — ответила Чанг.

Он сказал ей, что до сих пор хранит её подарки, помнит, как она приходила на свидания в нарядно-выходной зелёной жилеточке… Она заплакала. Слёзы стояли в глазах у всех, присутствовавших при этом разговоре, включая переводчика. Когда все отошли в сторону, Шамиль шепнул Чанг слова, которым она когда-то его научила: «Той ньо». («Я скучаю».) Она улыбнулась и прижалась щекой к его руке.

И даже дочь?..
Шамиль долго вглядывался в лицо девушки в белом. Неужели дочь?..

Во время встречи родные и соседи говорили, что Камту, дочь Чанг, очень похожа на Шамиля. И хотя Чанг сказала, что это не его ребёнок, через год Шамилю написал муж бывшей возлюбленной и сообщил, что Камту — действительно дочь казанца.

Шамилю по сей день трудно поверить в это, но он очень хотел хоть чем-то помочь внебрачной, столь поздно обретённой вьетнамской дочери — чтобы она приехала учиться в Россию, к нему, в Казань. Не получилось: она вышла замуж, готовилась стать матерью… У самого Шамиля личная жизнь сложилась как у всех — семья, дети. Вроде бы живи и радуйся. Но почему-то и через десятилетия казалось, что самые сильные чувства остались там, во Вьетнаме.

Его совсем не удивило то, что к нему радушно отнеслись все, в том числе и муж бывшей возлюбленной. Потому что шёл он к ним с искренним и открытым сердцем. Стремился только увидеть, порадоваться, а не отобрать или навредить.

Эта история пока не имеет финала. Последние три года у Шамиля нет никакой связи с семьёй Чанг: они не отвечают на письма и звонки. Он снова собирается поехать во Вьетнам, чтобы найти возлюбленную и дочь и, может быть, снять про эту историю документальный фильм — современную сказку про вечное.

Оставить Комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*
*